- Послушай, - Дункан открыл дверцу, - пойдем лучше, я познакомлю тебя с Тессой поближе.

Конан тяжело вздохнул и тоже вышел из машины.

Тесса поставила огромный медный кофейник на плиту и, зарядив тостер очередной порцией хлеба, отошла к столу. Взяв в руки нож, она принялась резать сыр и ветчину. Спокойно смотревший на все это Конан, наконец, не выдержал и, забрав из рук Тессы нож, произнес с улыбкой:

- Наверное, это дело я не доверю никому.

Она улыбнулась в ответ и попыталась взять другую доску, чтобы нарезать салат, но он вновь остановил ее:

- Это я тоже не доверю никому. Если ты не возражаешь, то сегодня готовлю я.

Острие ножа с монотонным цокотом плясало по доске, а с противоположной стороны от куска ветчины постепенно образовывалась стопка одинаковых не слишком толстых, но и не слишком тонких ломтиков. Оставшись не у дел, Тесса отошла к соседнему столику и, сложив руки на груди, ехидно заметила:

- А может, тебе больше подходит работать мечом или шпагой?

Но Конан не ответил на колкость, а просто перевел разговор на другую, более интересующую его тему:

- Я думаю, то, что ты видела вчера, было для тебя в новинку?

Тесса хотела ответить ему, но в разговор вмешался Дункан, до сих пор молча пивший вино и читавший какие-то бумаги:

- Да. Что и говорить, для Тессы это было внове.

Он явно нервничал, а она никак не могла понять, с чем это связано, и, чтобы поддержать разговор, поинтересовалась:

- А как давно вы знаете друг друга?

- У-у-у, - Конан расплылся в своей привычной улыбке, давая понять, что так давно, что и не вспомнить.

- Вы родственники? - не унималась женщина.

- Мы из одного клана, - пояснил гость, откладывая ветчину и принимаясь за ювелирную нарезку сыра.

Напряженное выражение лица у Дункана не исчезло и он попытался разрядить обстановку:

- Когда я был совсем мальчишкой, у нас существовала одна легенда об удивительном человеке, жившем много-много лет назад, которого убили в бою.